Александр Воеводский (bogumil) wrote,
Александр Воеводский
bogumil

Category:

Великопостное искушение

Приключилось тут в нашей Церкви… Если кто не в курсе: некие тетки, назвавшись «Бунт писек» (а именно так следует переводить «pussy riot») взялись протестовать против чего-то там, и место нашли — на амвоне храма Христа Спасителя. Их нашли и повязали, идет следствие, будет суд. Православный интернет бурлит: одни просят Церковь ходатайствовать о смягчении наказания, другие — наказать примерно, чтобы неповадно было. Вторые громче.
Дело, в общем, не в бунтующих. Дело в том, что последнее время голоса консерваторов и фундаменталистов в нашей Церкви становятся всё слышнее. Наша Церковь достаточно широка, чтобы вместить и либералов, и даже модернистов, но консерваторы и фундаменталисты громче. И, что важно, на это существует запрос, как среди воцерковленных прихожан, так и среди захожан. Они и призывают покарать бунтующих.
Тут нужно сделать отступление. В нашем уголовном праве существует понятие «оскорбление чувств верующих». Честно говоря, я не представляю, как можно оскорбить религиозное чувство православного. Богохульство не оскорбляет, оно ужасает или печалит, всё, что угодно, но не оскорбляет. Христианство учит, что любой грех — в том числе и богохульство — отдаляет человека от Бога и вверяет дьяволу, богохульство, наверно, особенно явно. Господь поругаем не бывает, и последствия не заставят себя ждать, и в жизни загробной, и, возможно, в этой. Если, конечно, богохульник не покается. Христианство — религия покаяния: нет такого греха, который Господь, после покаяния, не простит нам (кроме самоубийства, в котором невозможно покаяться). Дьявол накажет богохульника, не нужно ему в этом способствовать. Ведь наказанием не вызовет покаяния: невольник — не богомольник.
Главный выразитель этих настроений — протоиерей Всеволод Чаплин. Он вообще часто высказывается по разным поводам, этакий Жириновский в рясе. Недавно он и вовсе прославился: «Нравственное дело, достойное поведения христианина, — уничтожить как можно больше большевиков». Вот так вот. Как будто и нет у нас сонма новомучеников во главе с царем-страстотерпцем. Да и первые мученики тоже, оказывается, не тем занимались. Поговорил бы отец Всеволод с Христом, может быть, история по- другому бы сложилась.   Такое ощущение, что кое-кому не дают покоя лавры инквизиторов и крестоносцев! Казалось бы, какое мне дело до речей фундаменталиста, но ведь он занимает должность в Синоде, и поскольку он её не лишился, Церковь с ним согласна. А я — нет.
Повторюсь, дело не в бунтующих. В конце концов, Церковь не может просить за тех, кто не хочет, чтобы за них просили, и нет прощения без покаяния.
Дело в другом: Церковь должна учить народ, а не потакать крикам: «Распни его!». Но вот в чем загвоздка: среди жаждущих покарать — чиновники, знакомые с православным вероучением очень поверхностно. Наказать и запретить — это им понятно. Вот на них и ориентируется нынешняя Церковь.
Церковь, впервые за всю историю, совершенно свободная от навязчивой опеки государства, сама домогается её. Зачем? Бог весть. Ясно, что это принесет лишь сиюминутную выгоду. Здесь можно было бы жаловаться и сетовать, но я верю. Верю, что провозгласив основание Церкви Христос обещал, что врата ада не одолеют её. И две тысячи лет исполняет своё обещание.
А Патриарх правильно сказал: это всё великопостное искушение, и мы его, к сожалению, не выдержали. Ну так давайте покаемся!

Запись сделана с помощью приложения LiveJournal для Android.

Tags: via ljapp, монологи молчуна, пламенные речи
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 14 comments